ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ - Манифест Движения За Выживание Человека





24.09.2012

Часть 1


Стану матерым идеологом

Меня все чаще называют идеологом люди на Интернете и просто так. Доброжелатели и наоборот – недовольные и даже обиженные моим литературным существованием, его политическим развитием.
Тонкие творческие натуры в России и ее окрестностях способны обижаться по любому поводу.
Раз называют – должен соответствовать. Стану настоящим, матерым идеологом. Начинаю становиться морозным братиславским вечером в последний день 2008 года.
Похоже, последнего года, на который скоро будет распространяться чисто русская единица времени „это было до войны“.
Идеологи сегодня – узкий профиль, между тем как ситуация на глобальных идейных фронтах быстро усугубляется.
С идеями кризис – мировой.
Прежде чем бросать себя самого на идейные фронты, несколько слов о себе в сугубо личном понимании.



Самоопределение: я – автор книги „Мы … их!“


Я пишу и говорю слова, которые меняют мир. Делаю это довольно давно.
Чем старше становлюсь, тем существеннее перемены, моими словами вызванные.
Я не знаю, зачем это делаю.
Меня никто не заставляет, не просит, я могу перестать в любой момент.
Но не перестаю.
Слова, меняющие мир, создаю и выпускаю в мир по собственному разумению, в котором есть что угодно – планы, расчеты, интуиция, вдохновение, амбиции и мечты.
Я создаю и выпускаю в мир слова, которые считаю красивыми. Не придумываю эти слова, а именно создаю. И выпускаю.
Не все, что красиво для меня, красиво для других.
Иногда вдруг появляется крылатая фраза на обложке библиографически редкой книги „Мы … их!“.
В бесцензурном виде фраза звучит: „Мы объебем их!“
Казалось бы, это просто шум, обычное ругательство, повторенное многими множество раз. Красивого – совсем ничего. Безобразный низкий мат.
Но никто и никогда не сотрет этих слов из этой книги.
Никто не уничтожит саму книгу – ее уложили к себе на хард-диски читатели, которых много.
Эта книга уже изменила мир и меняет дальше – в ней много о том, что происходит сегодня и будет происходить завтра.
Я не утверждаю в духе неискреннего оптимизма янки, что мои слова „делают мир лучшим местом для жизни“.
Как именно меняют мир мои слова, я не знаю. Об этом можно догадываться, но этого нельзя знать.
Слова „Русский Бог спасовал перед дешевкой“ были сказаны больше ста лет назад Достоевским. Кто и сколько раз еще вернется к этим словам, какие выводы сделает, что совершит или чего избежит?
Я знаю одно: мои слова не теряются, и создавать такие слова дано немногим.
Таков мой ответ всем и каждому, кто хотел бы превзойти автора книги „Мы … их!“ в скромности.
Здесь было бы кстати пригорюниться и посетовать на бремя ответственности, но я не понимаю свою способность создавать слова, которые меняют мир, как бремя.
Это данность, это судьба.
Эту способность я не понимаю вообще, и не буду пробовать понять.
Не хочу обнимать необъятное.



О том, чего хочу

Хочу быть как Карл Маркс – но все же не таким волосатым и упитанным.
Хочу написать свой „Капитал“, который будут читать и упиваться тем, как эта книга всем все объяснила.
А я буду тихо думать о том, что ни Маркс, ни Ленин не могли представить себе, что произойдет с их писаниями. И были бы потрясены тем, как серьезно мир воспринял их творчество, весьма камерное при жизни.
Хочу быть как Гоголь – чтобы наборщики покатывались от хохота, а царь смеялся в ложе над тем, какие его подданные воры. Наборщиков, правда, давно нет – пусть хотя бы царь будет.
Хочу быть как Пушкин – чтобы другим хотелось писать похоже на меня. И не просто хотелось, а моглось. Реально и конкретно.
Это не цель – такую цель нельзя ставить. Такое если выходит – то само собой.
Хочу, чтобы это само собой вышло у меня.
Простое человеческое желание русского писателя, выстраданное годами духовных скитаний по скудному на мысли европейскому дискурсу.
Хочу как Бунин – дорожить каждым словом и каждым звуком. И написать свои „Окаянные дни“, к которым будут обращаться те, кто захочет понять, что это все было. Как это было.
Хочу спасать мир. Не могу спасти – невыполнимая для человека цель, и непонятно, правильно ли это. Хочу спасать в смысле получать радость от процесса. Помогать Божьему Промыслу и надеяться на то, что Бог не отвернулся от людей навсегда.
„Помоги себе сам, человече, и Господь Бог тебе поможет!“ Так говорят люди в Словакии.
Почему же, желая все это возвышенное, утонченное, благородное, я сознательно погружаю себя в пучину под названием идеология?
Потому что не могу этого не делать.
Если абсолютно серьезно – я умею писать разные вещи. От романов до победных слоганов политических кампаний. Не умею только стихи.
В последние годы почему-то часто вспоминаю, как Иван Алексеевич Бунин во время Гражданской войны писал свою летопись смутного времени и прятал тетрадки с записями по щелям, чтобы не попали в лапы „чрезвычайки“. Одна из тетрадок была утеряна – это невосполнимая потеря для России, мира и лично для меня.
Прошел уже почти целый век и выяснилось, что лучше „Окаянных дней“ об этом грозном времени не сказал никто из очевидцев и современников. И уже никогда не скажет, хотя пытались и писали многие тысячи. Но им было не дано.
К счастью, мир изменился так радикально, что слова, меняющие мир, можно сразу выпустить в мировую паутину, и они становятся неистребимыми.
Монолог о том, чего я хочу, закончу на торжественной ноте.
У любого текста из слов есть магическое свойство, отличающее его от картин, скульптур и тем более кинофильмов. Текст из слов неистребим по своей сути и всегда стоит столько, сколько он стоит. Не в смысле денег – сущностная ценность словесного текста есть величина постоянная, неизменная и рождается на свет вместе с самим текстом. Люди могут бесконечно раздувать эту величину или, наоборот, принижать. Но ценность текста из слов неизменна, как скорость света.
Она существует объективно, не зависит от чужой воли и будет жить столько, сколько суждено жить нашему миру. Миру слов.
Такое вот волшебство, такая вот высшая справедливость для всех пишущих, кто понимает подлинную суть своих занятий.
Когда-то в Псковской губернии в имении обедневшего русского дворянина раздался крик: „Ай да Пушкин, ай да сукин сын!“ Крик был описан в письме другу, и мы все помним до сих пор этот пронзительный счастливый миг. Пушкин кричал о том, что ему известна ценность его стихов.

Дай Бог нам всем почаще так кричать.




Часть 2



Саперных лопаток тоже на всех не хватит


Люди стремятся жить как можно дольше, чтобы потом все равно умереть. Но не сегодня, а завтра.
Когда люди загоняют других людей в тюрьмы, то у загнанных прорезывается мудрость. „Не верь, не бойся, не проси“, „Умри ты сегодня, а я завтра“. В России это знают все. В Европе это нельзя даже перевести так, чтобы было понятно. Мудрость у европейцев прорезаться не успеет.
Выживание – основной инстинкт всего живого, живым людям тоже присущий.
В этом, как и во многом другом, люди похожи на растения, амебы и антилоп. Но есть и отличия.

-Доктор, я жить буду?
-Голубчик, а смысл?

Почему-то это рассказывают как анекдот и смеются.
Вопрос о смысле жизни, антилопам, вероятно, недоступный, имеет религиозные ответы – общеизвестные, но все менее популярные.
Духовным лицам поэтому трудно, как никогда.
Духовные лица проигрывают свой бой за души основной массы живущих – проигрывают везде. Бой последний и решительный.
Это легко увидеть на примере до сих пор глубоко католической словацкой деревни.
Еще в двадцатые или тридцатые годы прошлого века деревенская церковь и проповеди „достойного пана“ – так в Словакии называют католического священника – были главным источником знаний о мире.
Не прошло и ста лет, и сегодня в Словакии главный источник знаний – это телеканал с куртуазным названием „Маркиза“, созданный десять лет назад американской корпорацией СМЕ, зарегистрированной в налоговом рае на Багамских островах.
Этот главный словацкий источник есть лишь тонкая струйка глобального душа простых и унифицированных знанийо мире, накрывающего всех и вся. Волосок из густого меха медийного мэйнстрима, который постоянно сообщает миру главную благую весть:
„Жизнь человека – это череда удовольствий. Смысл жизни – как можно больше удовольствий получить и как можно дольше ими наслаждаться. Все удовольствия мира покупаются за деньги. Поэтому смысл жизни – это деньги.“
Я сознательно ухожу от вопроса – почему так получилось. Не знаю, никто не знает. Самый страшный ответ – потому что Бог навсегда отвернулся от людей – тоже не рассматриваю. Ибо если это действительно так, то и писать дальше не о чем.
„Человек разумный“ (очень сомнительная характеристика) приобрел абсолютное качество, которое невозможно подвергать сомнению. Это „человек наслаждающийся“ – таков символ веры большинства живущих сегодня, причем касается он и тех 90 процентов голодных людей, чья жизнь в понимании 10 процентов людей сытых есть череда невыносимых страданий.
Из десяти живущих людей девять страдают от голода, холода, жажды и болезней. Но им дана согласно Главному Символу Веры Надежда – и ты тоже, а если не ты, то твои дети или внуки сможете стать человеком наслаждающимся.
Попробую переделать философский анекдот в по-настоящему смешной.

-Доктор, я жить буду?
-Будете, голубчик, будете! Будете всю жизнь здоровенький, будете кушать вкусно, будет у вас большой надежный доход, красивый дом в дорогом районе, мерседес класса S, прекрасная семья, любящие дети, и пошалить с девочками сможете. Умрете во сне, случайно, в одно время с любимой супругой. А еще, голубчик, у вас будет саперная лопатка. И ее нужно беречь пуще всего.
-А лопатка зачем, доктор?
-Чтобы нору себе вырыть, когда все это кончится. Чтобы голову разбить тому, кто вашу, голубчик, нору попробует занять. Лопатку берегите, лопаток на всех не хватит.



Часть 3


Идея Движения ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ

Идея – план, идеология – публичное объяснение этого плана. Часто заведомо лживое.
Идеология это часто просто дезинформация, смысл которой ввести в заблуждение не посвященных в план.
Идея недавней резни в Бомбее – вызвать контролируемую извне войну Индии с Пакистаном. Причем планы контролировать войны живут в умах разных стратегов тысячелетиями и, как правило, оказываются утопией. Идеология вокруг этого плана – „исламский терроризм угнездился в Афганистане, угрожает всем, вот и по Индии ударил вдруг неожиданно.“
Идея и идеология соотносятся, как реальное событие и его „освещение“ в СМИ.
Одна из идей в ХХ веке – уничтожение России и русских.
Идеологий вокруг этой идеи было множество. От борьбы цивилизованного Запада с русскими варварами до утверждения в России всевозможных ценностей, прав, свобод, включая горбатую перестройку – и далее по списку.
Ценности России веками не дают спать многим на Западе.
Идея – это конфета. Идеология – фантик, фразеология, орнамент. В случае России мы имеем дело с беспримерным по разнообразию фантиков идеологическим ассорти. Но во все разноцветные фантики всевозможных „измов“ завернута отравленная конфета. Которую Россия то глотает, то выплевывает.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ это идея без идеологии.
Такой была русская идея победы над фашистской Германией в годы Великой Отечественной войны. Суровый призыв тех времен „Папа, убей немца!“ язык не повернется назвать идеологией.
Идеей была Победа. Другие идеи о том, как будет устроен мир после Победы, заворачивались в идеологические фантики. Больше всех о будущем мира знал тогда Иосиф Виссарионович Сталин , эти идеи создававший. Вождь народов, творец и демиург послевоенного мира.
Но идея Победы была больше вождя народов.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ это сухой остаток философии, ключ к будущему для тех, кто не пойдет за мировым стадом.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ не содержит ничего нового – нужно просто отказаться от навязанной извне фальшивой роли „человека наслаждающегося“ в пользу „человека выживающего“.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ значит отвергнуть самоубийственную для всех, за ничтожно малыми исключениями, установку на наслаждение за пять минут до очередного взрыва мироздания. Который реально может быть последним для человека как вида.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ - идея не для большинства. Потому что большинство образует мировое стадо, которое ведут на новую мировую бойню те, кто уверен в своем выживании и верит в возможность продолжать наслаждаться жизнью после этой бойни. Пастухи, хозяева мира.
Можно обвинить во всем людей, чувствующих себя хозяевами мира и решающими вопросы жизни и смерти целых народов и цивилизаций. Но обвинение ничего не изменит. Такие люди всегда были и будут. Человечество выделяет пастухов из своей массы и продвигает к вершинам власти по неведомым нам законам.
Новое в другом – сегодняшние хозяева мира, кто бы это ни был, впервые в истории принимают решения о всем мире и о всех людях сразу. О выживании или гибели человека как вида.
Идея пастухов-хозяев звучит так: МЫ ВЫЖИВЕМ, ДАЖЕ ЕСЛИ ПОЖЕРТВУЕМ ВСЕМ СТАДОМ.
Несущественно ПОКА, кто эти люди, насколько им на самом деле дана власть над миром. Существенно другое: хозяева мира давно уже сказали друг другу „ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ“ – тихо шепотом. Они организованы и объединенины в структуры, позволяющие передавать власть и собственность из поколения в поколение. Эти структуры – семейные кланы. И жертвовать стадами им не впервой – это их рутинная работа.
НО... ПАТЕНТ НА ВЛАСТЬ СЕМЕЙНЫХ КЛАНОВ, ПРАВЯЩИХ МИРОМ, ПЕРЕСТАЕТ ДЕЙСТВОВАТЬ. ЭТОТ ПАТЕНТ НЕ БЫЛ ГЛОБАЛЬНЫМ И НЕ ПРЕДПОЛАГАЛ ВОЗМОЖНОСТЬ ПОЖЕРТВОВАТЬ ВСЕМ СТАДОМ.
Самые большие долгожители, самые известные и изученные преставители горстки хозяев мира – это слившиеся в некое целое английские аристократические и банкирские кланы, существуют более восьмисот лет. Эти уникальные мутанты рода человеческого сплели причудливую генетическую паутину из еврейских и англо-саксонских генов со всевозможными мелкими примесями и добавками. Они без преувеличения столетиями пили соки из огромных народов и целых континетов. И наслаждались жизнью так, как умели.
Между делом замечу, что наслаждения английских кланов так же уникальны и необычны, как сами наслаждающиеся. И решительно непонятны простым смертным.
Но дело в другом. От английских хозяев мира совсем недавно оторвались молодые наглецы-отморозки, укрылись за океаном и построили свое новое – похожее, но намного хуже.
Своих предков, породистых англичан, молодые наглецы постепенно опустили в достоинстве, лишили власти и построили тот абсурдный мир, в котором мы все имеем счастье жить и стремиться к процветанию.
Американский безумный имперский эксперимент поразительно быстро поставил весь мир на грань уничтожения. Конечно, руку приложили все, но мотором катастрофических перемен нашего мира с мировыми войнами, перенаселением, экологической катастрофой и имущественной пропастью стали они – американцы, возомнившие себя новыми хозяевами. Пастухами мира навеки.
Крахи империй и цивилизаций случались множество раз, но крах именно американской империи поставил хозяев мира впервые перед вопросом, решить который они не способны. Как не способны были бы на это и их предки англичане.
Вопрос простой и был, между прочим, задан Достоевским: „Свету провалиться – или мне чаю не пить?“ И ответ был дан точный: „Пусть свету провалиться, но чтобы мне чай завсегда пить!“
Осталась всего лишь одна мелкая неясность – все ли согласятся с таким ответом. И что несогласные смогут сделать.
Сегодня великолепный киплинговский Мужчина, главный герой англо-американской мифологии завоевания мира, уже решает не мелкий вопрос сохранения жемчужины Индии в короне Ее Величества королевы.
Превратившись их Мужчины Киплинга в улыбчивого, но туповатого Супермена с прической из парикмахерской, американский хозяин мира стоит перед вопросом, быть ли человеку как виду. Вопрос был создан преимущественно усилиями Америки и ее недалеких суперменов, но решить такой вопрос Супермен не способен.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ – это движение несогласных с тем, что судьбу выживания человека как вида решают сегодня эти горстки отпрысков сомнительных семей с очень темным прошлым. Решающих может быть и должно быть больше.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ – движение понимающих реальное положение вещей и усвоивших сегодня как бы новую, но по сути вечную установку:
ВЫЖИТЬ – как достижимая цель, план, идея.
ВМЕСТЕ – как неизбежность человеческого бытия. Люди не живут по одиночке.
Кто вместе, с кем вместе, как и почему вместе – вопросы, касающиеся движения ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ прямо.




Часть 4

ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ - расшифровка формулы


ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ – это призыв, приказ, девиз, слоган.
Еще – это формула коммуникативного управления, сокращенно ФКУ. Сухой, но точный термин, при котором стоит приостановить наше повествование.
Самые популярные ФКУ это десять библейских заповедей. Их эффективность обратно пропорциональна известности.
Массово соблюдается из них только первая заповедь „Не убий“, если не брать в расчет войны, во время которых частица „не“ на время отпадает и убийство становится явной целью. Из лучших побуждений, конечно.
К созданию ФКУ стремятся все рекламные технологии. Специалисты шепчутся о разных формах мягкого и жесткого кодирования людей. Под кодированием понимается неосознанное жертвами насилие над их сознанием. Люди будут делать то, что хотят кодировщики, и не будут понимать, почему они это делают.
Вскормленный на ФКУ „Все будет кока-кола!“ современный подросток в магазине потянется именно за этой сладкой и очень вредной для здоровья жидкостью. Хотя есть много других, не менее вредных.
А уж люди образованные без НЛП – нейро-лингвистического программирования – пальцем не пошевелят. Хотя нумерология и гороскопы тоже очень помогают. А особенно если по фэншую.
„Вы нам по фэншую с вашим НЛП!“ – Этот слоган я просто дарю копирайтерам, маркетологам, политехнологам и всему креативному сообществу имени графа Калиостро.
Впрочем, ФКУ пользуются не только шарлатаны. Страшным по своей разрушительной силе оказалась ФКУ „перестройка“, вариант неистребимого американского change – „перемена“. Всего одно „словечко“ плюс пятнистый иуда в кресле генсека. И пришел такой change, что до сих пор никто не понимает, какой он. И хотя в СССР не все были иваны-дураки, но ФКУ „перестройка“ сработала.
Америка – родина и рай ФКУ. Глобальный питомник кодировщиков и кодов, причем преимущественно простых.
Американское стадо настолько одномерно, что магическое слово change есть неотъемлемая часть любой кампании в США. Янки хронически и тупо верят в перемены к лучшему, и объясняется эта вера их патологическим невежеством. Тупостью, как много лет утверждает Задорнов.
Последний по счету, а, может быть, и вообще последний президент США, еще как следует не инаугурированный, выиграл с разгромным счетом со слоганом The change we can believe in – „Та перемена, в которую мы сможем поверить!“.
Слоган конкурента был почти идентичен: A leader we can believe in – „Вождь, в которого мы сможем поверить“. Похожий на улыбчивого Франкенштейна вождь возил с собой везде и всюду совсем старенькую маму – как сертификат своей живучести. В живучесть вождя, кажется, поверили. А с остальным остались вопросы: что это было? Зачем было? Почему потревожили покой ветерана и тем более его исключительной матушки? Кто над кем здесь смеялся больше всех? Кто будет смеяться последним, хорошим ли будет его смех?
Янки навсегда инфантильные в своем простодушии люди. Им пока еще не все по фэншую – они верят в избирательные кампании. По их вере им и дадут. Но, увы, не только им.
По их вере дадут, к сожалению, всем. Уже дают, будут давать еще. Догонят и еще добавят.
После перестройки в России самым успешным, по моему полупросвещенному мнению, был слоган судьбоносной ельциновской кампании 1996 года „Голосуй или проиграешь!“. Опять калька с кампании Клинтона 1992 года – Choose or lose. С тех пор ФКУ столь же эффективных в России не было.
В своей практике русского писателя и словацкого политика я широко пользуюсь ФКУ в меру своих скромных возможностей.
Пользуясь, я выявил незатейливую закономерность: успех политической кампании и даже книги фатально зависит от названия. Если название - успешная ФКУ, то это больше, чем полдела. И, наоборот, если название не ФКУ, а какой-то шепот, робкое дыханье, трели соловья, то дело обречено.
Самая продаваемая книга моего пера в Словакии появилась в 1999 году и называлась „Не верьте им!“. Самая известная моя книга – „Мы … их!“. Слоган самой успешной политической кампании, которую я вел, во время парламентских выборов 2006 года, звучал: „Мы – словаки!“
Русскому слоган непонятен настолько, что нет смысла объяснять. Проще поверить мне на слово – этот слоган был эффективной ФКУ, существенно изменил политическое развитие в стране, и ему суждена еще долгая жизнь.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ это ФКУ в чистом виде. Чтобы чужие не ломали головы понапрасну, вот ее расшифровка.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ это ФКУ, смысл которой - смена главной жизненной установки. Не разбогатеть в одиночку или в стае – а выжить вместе с другими выживающими, также, как и ты, сменившими установку. Это смена целеуказания. Кто-то по-прежнему собирает зеленые нули в компьютерах банков, а кто-то хочет выжить и жить и после того, как харддиск сгорит и нули смажутся.
В ФКУ ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ нет призыва к аскетизму или отшельничеству. Не надо бежать в тундру и скрываться в чуме заранее. Надо переживать неприятности по мере их поступления – надо их пережить и ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ.




ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ как изобретение

Речь не о тщеславии и даже не о честолюбии. Авторы успешных названий как бы присваивают себе слова, ставшие ФКУ, независимо от своей воли.
Так Карл Маркс присвоил широко распространенное слово „капитал“. Ленин больше, чем другие революционеры, присвоил слово „революция“.
Моника Левински, резвясь и играя, присвоила себе историческое слово „Клинтон“.
Америка присваивает в наши дни слово „кризис“ – чтобы пользоваться им беспрепятсвенно и безнаказанно.
Путин с Медведевым зачем-то притворяются, что хотят присвоить безобразное и бессмысленное в русском языке слово „инновации“.
А вот Черномырдин создает и присваивает себе перлы имени Черномырдина – и нет другого художника слова, который умеет так же. „Хотели как лучше, а получилось как всегда!“ – это на века.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ – это авторское изобретение, которое не нуждается в патенте. Потому что это книга, у которой есть автор.
Это The СЕРГЕЙ ХЕЛЕМЕНДИК Domain Stream – причем автор этого потока -„стрима“ принимает на себя лично ответственность за содеянное.
Как русскому писателю мне обидно, что я не нашел русского определения для своего начинания – но меня извиняют высокие и чистые побуждения.
На изыски нет времени. Нужно называть вещи своми именами и как можно точнее.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ – The СЕРГЕЙ ХЕЛЕМЕНДИК Domain Stream - длинное, но точное название книги нового типа, первые страницы которой были начаты 31 декабря 2008 года, морозным братиславским вечером.
В чем новизна? Естественно, не в том, что в книге нового типа будут представлены разные виды текстовых, аудио, видео, интерактивных и прочих форматов.
Новизна в том, что ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ – The СЕРГЕЙ ХЕЛЕМЕНДИК Domain Stream это свободный роман автора с пространством и временем, мир слов, образов и идей, которые врываются в реальную жизнь и меняют ее. Это поток, стремящийся по неуловимой грани между словом и делом.
Новизна и в том, что ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ не ограничится одним автором. Авторов будет больше, и выживать в бескрайнем океане текстов эти авторы будут под одной крышей.
Приближаясь к концу торжественной части манифеста, я должен сделать одно замечание. Я не писатель, творящий за столом в своем вымышленном мире. Я автор, проживающий свои книги в своей жизни. Типологически в чем-то похожий на Байрона, Киплинга, Грэма Грина или Оруэлла. Не чуждый традиции англо-саксов сегодня писать, завтра брать в руки оружие и уходить надолго в джунгли. Потом возвращаться и снова писать.
Конечно, так жили и писали не только англичане. Таких писателей было много. Считалось почему-то нормальным сначала что-то прожить, а потом писать о прожитом.
У истоков русской классической литературы тоже стояли творцы, проживавшие свои стихи и книги. Это Пушкин, скитавшийся по Кавказу и диким оренбургским степям, чтобы написать много стихов, давших нам бесконечный источник музыки нашего языка. Но Пушкин написал еще и совсем немного прозы, из которой потом выросло дерево русского романа.
Это Лермонтов, прямо копировавший и стиль, и судьбу Пушкина, своего учителя и кумира.
Это Грибоедов, писателем вообще не бывший, однажды решивший просто позабавиться стихосложением.
Последним звеном в великой цепи русской классики стал Иван Алексеевич Бунин – и он тоже никогда не писал от стола.
ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ – это публичный генератор нелживых идей. Примерно так я понимаю свою личную роль в мире. Людей, понимающих себя таким же образом, я надеюсь привлечь. И как бы наивно это не звучало в нашем мире индустриального пиара и тщательно вымуштрованных говорящих голов, я верю в то, что могут собраться люди, готовые генерировать нелживые идеи и сообщать их миру не из меркантильных соображений. И не из идеализма. Просто для того, чтобы выжить. Выжить вместе.



ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ – это движение

Здесь пока больше всего неясного. Под движением я понимаю организацию людей, ставящих перед собой конкретные цели.
Пусть меня простят все, кто от природы скромен, особенно простят те, кто скромнее меня – а это огромная масса людей и наверняка практически все мои читатели.
Я еще раз извиняюсь и оправдываю себя высокими соображениями – литература и политика, которыми я занят, вещи нескромные по своей сути.
Извинившись, постараюсь объяснить суть движения ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ.
Создается книга, которая по моим нескромным прогнозам найдет читателей и последователей.
Они и могут создать организацию – движение ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ.
Подчеркиваю –они, а не нескромный автор нескромного прогноза.
Почему они?
Потому что нескромность автора тоже имеет имеет границы. Автор книги ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ не вождь. Как все чаще замечают вдумчивые читатели, автор - философ, занятый литературной и политической практикой. Практикующий философ лучше, чем философствующий вождь.
Каждый должен делать то, что умеет. Я никогда не создавал организаций, я архитектор, который рисует проект, композитор, который пишет ноты, романист, создающий из слов ткань романа. Оратор, говорящий с публикой. Дискутер – когда есть настроение и время. Но не генсек, не министр и даже не генерал.
У меня нет своей личной потребности создавать организацию. Но я думаю, что организация возникнет, поэтому предвосхищаю ее появление. И утверждаю следующее.
Никто не знает, каким будет движение ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ.
Никто не расстроится, если движения не будет.
Но может случиться так, что сильные, умные, добрые, справедливые мужчины по стечению обстоятельств соберутся вместе и не перегрызут друг другу глотки.
Ввиду очевидной общей угрозы эти мужчины могут создать сообщество воинов – то есть главный, если не единственный двигатель истории, при всем уважении к Марксу с его производительными силами и производственными отношениями.
Такое событие нельзя исключать, его и можно будет считать началом движения ВЫЖИТЬ ВМЕСТЕ.

Текст взят с сайта: http://www.chelemendik.ru